Home Интервью Александр Ф Скляр Образ Васи-Совести меня не отпускает
Александр Ф Скляр Образ Васи-Совести меня не отпускает
21 октября пройдет презентация нового альбома Александра Ф. Скляра «Вася-совесть». Александр рассказал, что впервые придумал альбом без участия музыкантов, и образ Васи-Совести до сих пор не отпускает его.

Перед интервью Скляр с видимым удовольствием показал на своем ноутбуке только присланный ему клип на песню «Люба-бабавая» - стильная черно-белая картинка, и сам артист в двух образах - себя и... блондинки. Пожалуй, такого Скляра зрителям видеть еще никогда не доводилось.
Александр Ф. Скляр Люба-бабавая
Александр Ф. Скляр Люба-бабавая

- Увидел ваш свежий клип «Люба-бабавая», и порадовался тому, что наконец-то в клипах Скляра появился крупный план Скляра, ваша актерская сущность.

- Может быть, потому, что я полностью придумал идею этого клипа. Прежде чем я обратился к режиссеру клипа Нормунду Лацису, я полностью «увидел» клип. И он мою идею великолепно воплотил. Два крупных плана меня и меня, обращающихся как бы друг к другу – это была идея из моей головы. Именно поэтому я сознательно начал клиповую историю альбома «Вася-Совесть» с этой песни.

Так получилось, что клип на «Команданте Че» появился вне меня, это сделал человек из Ижевска, услышавший песню на радио. Она ему очень понравилась, и он сделал этот клип, совсем не ставя меня в известность. Клип мне очень понравился – там нет меня, а есть Че Гевара. Он нашел великолепные кадры! Благодаря им у меня наконец-то ушли сомнения в том, что Че Гевара курил трубку. На одном из кадров он курит трубку! Мне ведь писали, что, дескать, Че Гевара никогда не курил трубку, только сигару. Я этого не знал точно, и когда писал «В моей трубке не осталось табака», я только представлял себе, что у него может быть трубка и в ней может не быть табака, - он загнан в западню, из которой ему скорее всего не выбраться. И поэтому в его трубке нет табака.

Когда я представил себе целиком клип на «Люба-бабавая», сразу вспомнил про Нормунда, с которым мы сделали последний удачный клип на песню «Корабли не тонут». Когда мне что-то попадает на душу, нравится, я стараюсь работать с этим человеком дальше. У нас так мало людей, которые в состоянии понять друг друга, что если один творческий человек входит в резонанс с другим творческим человеком, важно этот контакт не потерять, и перенести его в следующую работу. Есть большая доля вероятности, что он снова тебя поймет.

Это уже вторая или третья версия клипа, и это – полностью его работа. У меня была только общая идея, остальное все придумал он. Это тот редкий случай, когда мне очень нравится, как воплощена моя идея. Правильно воплощена.

- В самой песне идея диалога между Он и Она не так явна.

- Нет, она там есть изначально. Там окончания каждой части куплета мужское или женское – «я твоя» или «ты моя». «Главное, чтобы ты оставалась живой» - «Главное, чтобы бы оставался живой». И мы понимаем, что это история двух бесконечно близких друг другу людей. Они уже прошли все искусы совместной жизни, и в конце они поют: «Мы все знаем про любовь, без вина мы пьяны». Это апогей песни. И я визуально представил этот диалог.

- Эта песня родилась из собственного жизненного опыта, или под впечатлением от какого-либо художественного произведения?

- Это мои личные ощущения. Только они.

- Как вы познакомились с Лацисом?

- С Нормундом мы познакомились очень много лет назад, когда «Ва-Банкъ» вступил в свой хардкоровый этап. Мы делали альбом «Так надо». Вокруг группы образовалась творческая киношная группа, куда входили Нормунд Лацис, Виталий Воробьев и Алексей Сеченов. Каждый из них потом пошел самостоятельной дорогой – Сеченов стал крупным режиссером на ТВ, Воробьев стал делать полный метр в основном на военные темы, а Лацис, сделав полнометражный фильм «Шоссе Энтузиастов», ушел в кинопроцесс, работает на крупной студии, занимающейся постпродакшном, озвучанием и вообще колдовством над картинкой. А на том этапе это трио сделало нам клипы на песню «Кудрявая», на совместную с IFK песню «Я живу в Москве» и дуэт с Гариком Сукачевым «Я милого узнаю по походке». Потом они разошлись. Кстати, Алексей Сеченов потом снял нам клип «Склиф».

Когда Игорь Лебедев делал клип на «Песни моряков», мы никак не могли собрать картинку, и обратились к Лацису. Он сделал нам прекрасную графику. И когда я захотел снять клип на «Корабли не тонут», я сразу решил, что клип должен делать Лацис. Он сделал нам пронзительный, один из лучших, по моему мнению, клипов и вообще один из лучших клипов, которые я видел, вообще не используя ни одного съемочного дня.

- Чем-то клип «Люба-бабавая» напомнил мне видеоработы Тома Уэйтса – шляпа, крупные планы, черно-белая картинка…

- Уэйтс, особенно в связке с Джимом Джармушем – сильный и яркий киноартист. Это моя давнишняя любовь, как и Джонни Кэш. Еще на VHS я увидел фильм «Вне закона», и влюбился в эту черно-белую стилистику. Уэйтс ведь нечасто радует нас клипами. Но каждый его клип – это такая задумка, которая удивляет. Он всю жизнь идет поперек шоу-бизнеса, и доказал, что так можно. Человек, который достоин всяческого уважения.

Уэйтс умеет писать песни! Вот что главное. И он умеет так выражать эти песни, что всегда интересно – что там опять этот старик натворил. Вечно неуспокоенный, вечно ищущий. Художник в постоянном поиске.

Многие умеют писать хорошие песни – тот же Джонни Кэш, особенно поздний, матерый, когда судьба наконец свела его с Риком Рубиным. Который сделал из него окончательного Кэша. Рубин увидел в почти угасшей звезде такое, что весь мир не сумел увидеть. И каким простым способом! Он позвал Кэша, и попросил его исполнить свои лучшие песни просто под гитару. Больше ничего! Простой, гениальный и абсолютно рискованный ход. Если бы кто-нибудь в нашей стране мне это предложил – я бы не поверил этому человеку.

- Продюсер, которых у нас просто нет.

- Именно! Я просто не могу отдаться в чьи-то руки в этой стране.

Мы были вынуждены с Сашей Белоносовым сесть и разработать стратегию нового альбома. Когда было закончено 10 песен, записанных мною как гитара и голос, я первую очередь показал их Белоносову, на студии которого был записан альбом «Песни моряков. Часть вторая», но это были чужие песни. Я принес свои, и предложил ему придумать все аранжировки вдвоем, без музыкантов. Мы – сами себе продюсеры. Каким мы хотим видеть этот альбом? Мы сели на студии, куря сигареты и попивая чай, стали рассуждать. Мы хотим, чтобы они были нетрадиционно аранжированы. Уже навязли в зубах – эта бочка, барабаны, гитара. Мы не хотим делать под копирку. Значит, нужно придумать аранжировку для каждой песни, не советуясь с музыкантами. Музыкант всегда хочет играть много и постоянно. Он же отличный музыкант! Отсюда начинается ошибка. Давай не усложнять аранжировки, а упрощать. Разредим ее. Выделим в каждой песне ее внутренность.

На это мы убили больше всего времени. Приходили, садились в студию, и думали над конкретной аранжировкой. Так вырисовался альбом. Он стал нам понятен еще до того, как кто-либо из музыкантов услышал материал.
Александр Ф. Скляр - «Вася-Совесть»
Александр Ф. Скляр - «Вася-Совесть»

- Получилась именно разреженная аранжировка – голос в пространстве, где звучит только самое необходимое.

- Только самое необходимое! Все, что можно отсечь, как говорил Микеланджело – взять и отсечь от глыбы все лишнее, - было отсечено. Все, что не работает на идею этой песни.

- В результате получился камбэк к персонажу Вася-Совесть и интимно-дворовое звучание. Так было изначально задумано?

- Изначально единого замысла не было, были только песни. Я хотел зафиксировать свое состояние. На дворе 2012 год, я хочу записать несколько новых песен. Никаких старых песен. Хочу зафиксировать, что думает музыкант по имени Александр и фамилия Скляр, пишущий песни. Что ему есть сказать на данный момент. Так писались эти песни.

Не было никаких предварительных заготовок. Правда, я несколько лет хотел написать песню о Че Геваре. Но хотел очень абстрактно. Не знал, что хочу сказать об этом человеке. Последней каплей стал фильм Содерберга «Че» с Бенисио дель Торо. Я понял, что настал период написать песню о Че Геваре.

И Вася-Совесть возник по ходу написания альбома. У меня не было идеи возвращаться к нему. Когда я размышлял о песнях и о том, что мне надо сейчас, стало вдруг обидно, что я убил его в «Предательстве и контрабанде». И коль так произошло, по крайней мере, я могу обратиться к предшествующему периоду, когда он еще не был Васей-Совестью, а был мальчиком Васей. Что с этим мальчиком Васей могло произойти? Каким образом мальчик Вася смог превратиться в Васю-Совесть? Все это никак не следовало из предыдущих песен, и мне показалось это интереснейшей задачей.

Я понимал, что Вася-Совесть – совсем не шаблонный криминальный авторитет, я его совсем не так чувствую. Да, это поседевший современный Робин Гуд. Но почему он сел? Ведь есть поговорка – от сумы да от тюрьмы не зарекайся. А может быть, у него жизненные обстоятельства так сложились! Не то, что он не «ни за что» сел. Он сел «за что». Но не вела его жизнь к этой блатной среде. Он не из этой среды. Вот что я хотел показать. Сильного человека с изломанной судьбой, побитого этой судьбой. Это оказалось самой сложной песней для меня. Мне нужно было уложить в эту песню все, что было заложено в предыдущих трех песнях, иначе ничего не получилось бы. Надо было свести все концы с концами.

- В образе Васи-Совести заложен живой реальный человек?

- Теперь он живой и реальный! Он был для меня живым с самого начала. Он не брался с конкретного человека, это образ. Строчка Пелевина «долгопрудненский авторитет по кличке Вася Совесть, который остался очень недоволен едой и тараканами и обещал разобраться» из рассказа «Нижняя тундра», и больше о нем вообще не упоминается, стала исходной. Все остальное придумано мной. И по мере работы над ним Вася-Совесть обретал плоть и кровь. Теперь он для меня совершенно живой человек. Это не портрет Васи изображен на обложке! Это я. Я – не Вася-Совесть!

Когда песня была сочинена, я понял, что это центральная песня альбома. И раз уж мне удалось рассказать его историю, я понял, что мне совершенно необходимо написать про него рассказ. В поэтическом произведении не распишешь всех деталей, а в прозаическом жанре можно выложить вообще все о Васе-Совести. А еще в рассказе можно его недоубить. Чтобы оставить себе на будущее ма-а-аленькую лазеечку. Я написал, и рассказ вышел в октябрьском номере журнала «Русский пионер». Как аудиорассказ, он выйдет бонус-треком на подарочной версии альбома «Вася Совесть». Читаю я сам. Кроме того, на второй диск войдет фильм о том, как мы записывали этот альбом.

- Отчаянно жду презентации альбома. Как ваш образ денди, эстета будет коррелироваться с образом простого парня с окраины? Как вы готовы воплотить его?

- Да, он простой парень: «Я родился вдалеке от больших городов». Воплотить? Не знаю. Посмотрим. Пока не знаю. Помните, как фильме «Берегись автомобиля» Подберёзовиков говорит: «Он, конечно, преступник. Но… он хороший человек!». В этом смысле мы с ним пересекаемся.

Эстет – оболочка. Под оболочкой эстета может скрываться редкостный негодяй. Возьмите хотя бы Дориана Грея. Понятие «эстет» не определяет внутреннюю сущность человека, а «хороший человек» - определяет. У того же Василия Шукшина герои – с виду неказистые, но в критических ситуациях действуют как очень хорошие, благородные люди. Эта штука – важнее. Возможно, поэтому образ Васи-Совести меня не отпускает.

Презентация альбома Александра Ф. Скляра «Вася-Совесть» состоится 21 октября в 21.00 в клубе «16 тонн».

Гуру КЕН

 
23CF2E8ACED0-2.jpg

Металл

B83573B110F7-2.jpg

Фотогалерея